Неизвестные Начальники
_______________________
Заговор
Теории заговора, исследующие «абсолютное зло» глобализации, имеют долгую историю, простирающуюся от теорий конца XVIII века аббата Баррюэля до современных глобалистских повесток дня.
Важный поворотный момент в формулировании этих теорий можно найти в исследованиях Рене Генона, посвященных этой теме. Он опубликовал множество статей в антимасонской прессе, которые современные читатели могут легко найти в переиздании: AA VV, La polémique sur les “Supérieurs Inconnus”, Archè, Milan 2003. В этот том также вошли тексты других авторов, занимавшихся темой «Неизвестных Начальников»: Луи Дасте, Гюстава Борда, Бенжамена Фабра, Шарля Никулло, Папюса и Поля Копен-Альбанселли.
Более того, существует монументальное исследование Луи де Местра, посвященное этой теме: L’Énigme René Guénon et les “Supérieurs Inconnus”. Автор провел обширное исследование источников, использованных фигурами, участвовавшими в антимасонской полемике. Во Франции журналами, возглавлявшими эту «заслуженную гражданскую битву», были: La Bastille, La France Antimaçonnique, Mysteria и Revue Internationale des Sociétés Secrètes. Генон писал для этих изданий под псевдонимом «Ле Сфинкс». Дискуссия велась преимущественно консервативными католическими кругами, но в ней также принимали участие оккультисты, такие как Генон, и даже бывшие масоны и светские мыслители, встревоженные сектантством лож.
Дискуссии часто были сосредоточены на идентификации «Неизвестных Начальников» — фигур, дергающих за ниточки внутри масонства, возможно, через «неправомочные ложи». Эти сущности иногда отождествлялись с историческими личностями, такими как Калиостро или граф Сен-Жермен; в других случаях их называли евреями, самим дьяволом или, что более правдоподобно, набором руководящих идей, вдохновляющих логику подрывной деятельности. Также высказывались предположения, что «посвященные» обладают способностью встречаться «в астрале» — потустороннем, бестелесном измерении, где они могут координировать свое влияние на общество.
*
Влияние Бенжамена Фабра
Толчком к этим размышлениям послужило исследование Бенжамена Фабра: Franciscus, Eques a capite galeato. Опубликованное в 1913 году, это эссе было посвящено маркизу де Шефдебьену, высокопоставленному посвященному, чья масонская карьера началась в подготовительный период Французской революции и продолжилась при Империи. Исследование Фабра показало, как Наполеон полагал, что контролирует масонство, размещая своих офицеров в ложах, в то время как в действительности именно масонство контролировало императора французов!
Это исследование выявило связи между французскими ложами и «баварскими иллюминатами» Вейсгаупта, а также гипотезы относительно еврейского центра власти, действующего через масонство.
*
Рене Генон: Герметический проводник
С этих предпосылок начинается исследование Луи де Местра, который изучает вечно открытый вопрос об источниках Генона. Французский философ намеренно оставлял их в тени, как для того, чтобы увлечь читателя своим герметическим стилем, так и потому, что он считал, что выражает «Традиционные Истины», ценность которых не зависит от личности, их выражающей. Хотя самые ярые сторонники Генона рассматривают работу «Мыслителя из Блуа» как важнейшее культурное событие со времен окончания Средневековья, Генона как минимум следует признать авторитетным проводником по «скользкой почве» оккультной истории.
В этих ранних статьях Генон нападал на масонство в стиле, соответствующем журналам, для которых он писал. Однако в поздних работах он пересмотрел свое суждение о масонах, в частности, критикуя «современные отклонения» лож. Некоторые утверждали, что Генон служил «троянским конем» в католическом мире для распространения мышления, более благоприятного для оккультизма. Однако, по мнению Луи де Местра, это суждение спорно, поскольку общая критика современности со стороны Генона тесно перекликается с критикой традиционалистской католической культуры.
*
Загадочные фигуры: Свами Нарад Мани
Во время своего сотрудничества с La France Antimaçonnique Генон поддерживал контакт с загадочным персонажем: Свами Нарад Мани. Этот индус, как сообщается, предоставил Генону документацию по Теософии, которую философ широко использовал в своем едком эссе против системы взглядов мадам Блаватской.
Хотя тексты Нарад Мани не были особенно оригинальными, некоторые из его идей повлияли на эзотерическую культуру — в частности, тезис о 33 ложах, руководимых «Оккультным комитетом». Эта идея также появилась в работах Лео Таксиля: 33 ложи, через которые люцифериане якобы управляли миром. Индийские источники также упоминали Тешу Мару, выродившуюся инициатическую организацию, действующую как опора контр-инициации — гипотезы, которые подпитывали воображение сторонников теории заговора.
*
Агарта и Царь Мира
В этот момент расследование переключается на Сент-Ив д’Альвейдра, который вдохновил Генона на одну из его самых успешных работ: Царь Мира. Идея подземного царства, управляемого утопическими идеалами, не была новой; позже она была подхвачена Оссендовским в его знаменитом эссе «И звери, и люди, и боги». Оссендовский описывал «Царя Мира» как «Великого Неизвестного» — тревожное название, намекающее на антихристовы качества.
Сент-Ив, в свою очередь, был вдохновлен Харджи Шарипфом Багвандасом, индусом, чей стиль напоминал стиль Нарад Мани. Отношения между Сент-Ивом и Шарипфом задокументированы с 1885 года, года начала дела Таксиля — редкое совпадение. В работе Сент-Ива мы видим проблески «адских городов» и секретных комитетов, направляющих мировые события; ингредиенты глобалистской системы власти начали проникать в интеллектуальное воображение. Более того, Шарипф, вероятно, был экспертом в «Пути левой руки» — тантрической практике, использующей колдовство, некромантию и сексуальную магию для ослабления личности. Эти концепции нашли отклик в некоторых течениях еврейской каббалы, которые оказали значительное влияние на масонское руководство.
*
Тень глобализации
Луи де Местр выявляет другие источники, питающие легенду об Агарте. Австрийский художник Альфред Кубин (1877–1959) писал адские сюжеты, изображающие мир в состоянии распада и насилия. Кубин также написал роман «Другая сторона» (Die andere Seite), описывающий таинственное царство в Туркестане, окруженное «Великой стеной» — темы, перекликающиеся с темами Генона и Оссендовского.
В «Царе Мира» Генон утверждал, что сатанизм заключается именно в отождествлении «Царя Мира» с princeps huius mundi (дьяволом) — смешении светлых и темных аспектов. Эти идеи были широко распространены в культурных дебатах того времени и связаны с чувством утраты, охватившим общественность в эпоху зарождающихся социальных и экономических перемен — перемен, которые сегодня усилены глобализацией до бесконечности.
*
Подрывная деятельность и контр-инициация
Исследование также затрагивает вечную дилемму сторонников теории заговора: возникло ли масонство автономно, или оно является творением еврейской общины? Вопрос, вероятно, остается без ответа. Хотя еврейское влияние задокументировано еще в XVII веке в окружении Кромвеля, в ложах начала XVIII века евреев было мало, и к ним часто относились с подозрением их собственные единоверцы.
Документально подтверждено распространение идей из еврейских кругов, вдохновленных Саббатаем Цви и Якобом Франком, которые продвигали «Путь левой руки», где порок и грех были путями к спасению. Последователи этих теорий организовывались в тайные структуры, подобные масонским, намереваясь предложить массам «иллюзию свободы», порабощая их при этом властью, гораздо более циничной и деспотичной, чем та, от которой они якобы бежали.
В каббале контакт с демоническими силами со временем приобретал все большее значение. Эксперты в этой дисциплине были искусны в манипулировании «психическими остатками». Применение этих теорий к масонскому миру подтверждается системой «Избранных Коэнов» (Élus Coëns), основанной Мартинесом де Паскуалли в 1754 году. Даже у Калиостро в Лондоне были контакты с Бааль Шемом, учеником Цви.
*
Долгий марш «Нового мира»
Последователи Цви и Франка действовали как «миссионеры подрывной деятельности», проникая в масонские ложи и решительно обуславливая их доктрины. Якоб Франк предвосхитил приход «Нового мира», характеризующегося «Большим Братом» и «Женщиной-Мессией» — концепциями, имеющими пугающее сходство с современной реальностью.
Теософские теории мадам Блаватской также сыграли важную роль; ее теория «Махатм» отражает идею «Неизвестных Начальников». Теософия повлияла на итальянское Рисорджименто, особенно на Мадзини и карбонариев. Такие фигуры, как Джасинто Бруццези и Адриано Лемми, были искусны в проведении этих «оккультных операций».
Эта «подпольная промывка мозгов» и психологические манипуляции распространились по континентам, а Теософское общество служило их видимым, институциональным лицом. Этот план смел все следы «позитивного порядка», реализуя чисто деструктивные духовные директивы Якоба Франка. Это создало механизм социального автоматизма, о котором массы были совершенно не осведомлены, управляемый «посвященными», действующими как missi dominici контр-инициации.
*
Геополитические тени и «Самый загадочный человек в мире»
Сторонники теории заговора часто искали географические центры контр-инициации на Востоке. Генон считал Монголию основным центром излучения «пагубных влияний» и даже намекал на «дьявольские башни» в степях Центральной России.
Приход коммунистического режима в Россию, казалось, подтверждал эти теории. В российском контексте Агван Доржиев, буддийский лама, имевший влияние при царском дворе (и позже ставший жертвой сталинских репрессий), подозревался в том, что он был сосудом для теософских «универсалистских» идей, замаскированных под буддизм.
Наконец, Генон, по-видимому, поддерживал контакт с лицами, работавшими на Британскую разведывательную службу. Он рассматривал британский империализм как мощное средство распространения «демократической подрывной деятельности». Ключевой фигурой в этих британских интригах был сэр Бэзил Захарофф, циничный торговец оружием и директор оружейных заводов. Захарофф — описанный фашистским интеллектуалом Джованни Прециози как «самый загадочный человек в мире» — сыграл важную роль в разжигании балканского национализма, который спровоцировал Великую войну.
Ранние годы Захароффа окутаны глубокой тайной, и его внезапный взлет в мире космополитического бизнеса предполагает, что он был посвящен в самые эксклюзивные круги оккультных сил…
Сам фашистский интеллектуал Джованни Прециози в статье 1934 года назвал Захароффа «самым загадочным человеком в мире». Дела Захароффа также переплетаются с делами Джузеппе Вольпи, венецианского бизнесмена, известного тем, что он основал Венецианский кинофестиваль. Опираясь на Banca Commerciale Italiana, Вольпи наладил процветающую торговлю на Балканах, особенно в Сербии.
*
Заключение
Эти фигуры, по-видимому, действовали согласно очень точным планам, попеременно используя национализм и интернационализм, чтобы дестабилизировать старый социальный порядок и ввести человечество в мессианскую эру глобализма.
Концепции такого рода разрабатывались в масонских кругах, и Луи де Местр также цитирует работу калабрийца Бенедетто Мусолино, который теоретизировал государство, основанное на принципах Моисея и Талмуда: подлинное ante litteram предвосхищение сионизма!
Наконец, исследование Луи де Местра фокусируется на важности работы Генона в сфере эзотерики и оккультной истории. Мастер традиционализма обычно не воспринимается всерьез в академических кругах — да и сам Генон презирал университетский мир. Тем не менее работа мыслителя из Блуа до сих пор предлагает весьма оригинальный взгляд на оккультную историю и предлагает бесконечные пути для дальнейшего изучения; внушительное эссе Луи де Местра является отличным вкладом в этом отношении.
_____________________
Louis de Maistre, L’Énigme René Guénon et les “Supérieurs Inconnus”. Contribution à l’étude de l’histoire mondiale “souterraine”, Archè, Milano 2004, pp.960
***********
Текст, переведенный с итальянского на русский язык с помощью Google Gemini в 2026 году
************
Text translated from Italian to Russian using Google Gemini in 2026
Comments
Post a Comment